Tag Archives: education

Обложка(с текстом) copy 2

Волшебный Ковер Али и Зюмрюд

Неудачная “ковровая охота” на карабахские Драконовые ковры из коллекции музея Сан-Франциско, вдохновила меня на написание сказки. Закончила я ее еще прошлой зимой, но долгое время не знала, что же делать с ней дальше. Представляю Вашему вниманию и конструктивной критике отрывок сказки с иллюстрациями молодой художницы Аиды Амировой. Сложнее всего нам дались исторические иллюстрации: мы старались передать все особенности ковроделия, быта и национального костюма 18-го века. Забегая вперед, хочу сообщить, что авторское чтение всей сказки на русском языке в сопровождении иллюстраций и рассказа о Драконовых  коврах очень скоро состоится в Баку, а до конца года я ставлю цель опубликовать сказку на русском и азербайджанском языках. Кому интересно узнать первыми о новостях и судьбе публикации, подпишитесь на страничку Milli İrsimiz.

Обложка(с текстом) copy

Разговор во время обеда

Шел один из самых обычных майских дней, когда до летних каникул оставалось совсем немного и так хотелось, чтоб они наступили скорее. Поэтому было особенно странно, что за обедом Зюмрюд и Али, брат и сестра, обычно очень разговорчивые и веселые, впервые сидели молча.

Вы поссорились? – спросила мама

- Нет – вздохнув, сказала Зюмрюд – Нам дали скучное задание в школе

- Любое дело может оказаться скучным или, наоборот, стать интересным. Все зависит от того, как ты к нему подойдешь!с улыбкой произнесла мама

- Мама! Это реально скучно! Мы должны написать сочинение – жалостно протянул Али

- Да, на тему «Ковры Азербайджана». Кому интересны эти половики! – продолжила Зюмрюд

- Как тебе не стыдно, Зюма, так говорить! А знаете ли вы, что наша семья имеет самое прямое отношение к коврам – наш очень далекий предок Микяил бек был знаменит своими коврами на весь Карабах? – спросила детей мама

- Как? Но мужчины же не ткут ковры! – улыбаясь, сказал Али – Их ткут пожилые женщины! Например, как наша бабушка!

Шутка Али понравилась Зюмрюд, и они оба залились громким смехом.

- У него был цех, а ковры ткали его работники: и женщины, и даже молодые девушки, и девочки.

- Девочки?! А как же права ребенка на счастливое детство и международный рабочий кодекс?! – возмутилась Зюмрюд

- В то время не было никаких кодексов, глупая! – ответил Али

- Мама!!! Скажи ему, что я не глупая!

- Вы оба у меня умные, а еще вы должны доесть свой обед. Тогда я расскажу вам кое-что интересное.

Дети закивали и мама продолжила:

- Ковры ткали все, и они имелись у всех дома, ковры не только украшали дома, но и спасали от холода и даже оберегали от злых сил. Каждая девочка твоих лет, Зюма, уже умела ткать ковры и наверное уже создала хотя бы один ковер для своего приданого.

- Ха-ха, Зюма, а ты будешь делать ковер, когда выйдешь замуж за Мурика?

- Мама, скажи ему! 

- Дорогие мои непоседы, не дразнитесь и не ссорьтесь, вы разрешите продолжить? – полушутя-полусерьезно спросила мама. Молчание означало согласие. – Так вот, ковры эти делали на продажу. Художники придумывали рисунки, а ткачихи из них создавали ковры. Для этого Микяил бек нанял много работников. Но не так это было легко устроиться к нему на работу. Специально нанятый человек ездил по деревням и отбирал талантливых девочек, которых привозили в Шушу в цех к дедушке.

- Так твой прадед проводил кастинг, – подытожила Зюма

- Можно и так сказать. Эти девочки жили вместе и учились у более опытных ткачих как создавать ковры. Эти ковры настолько радовали глаз, что их дарили в качестве дорогих подарков очень важным людям, они ценились выше золотых украшений в приданом невесты и их передавали по наследству.

- А у нас есть такие ковры?

- И да, и нет!

- Так ведь не бывает! У тебя либо есть что-то, либо его нет! – воскликнул Али

- Вы не кушаете! Еда остывает! Мы пойдем завтра к бабушке Айше, и она вам все расскажет!

 Дети заметно повеселели. Скучное школьное задание превратилось в захватывающую историю об истоках семьи. Все оставшееся время они обсуждали наперебой вопросы, которые смогли бы задать завтра бабушке.

1+text copy

В гостях у бабушки Айши

На следующий день, не успев еще переступить через порог дома, Зюмрюд и Али, закидали бабушку вопросами.

- Айша няня, мама сказала, что твой прадедушка делал ковры!

- А какие ковры ткались в его мастерской?

- А почему у нас нет его ковров?

- А ты видела как ткут ковры?

Бабушка обняла внуков и с улыбкой сказала:

- Вначале поцелуйте свою бабушку, снимите туфли, вымойте руки и идите в гостиную. Я поставлю чай, а вы сядьте поудобнее, я скоро буду.

- А ты ответишь на все наши вопросы? – хитро прищурив глаза, уперев руки в бока и преграждая бабушке путь, спросил Али

- Да, мои птенчики!

Гостиная бабушки была настоящим кладом для любознательных внуков: в ней доминировали кремовые стены со старинной лепниной и коричневые тона антикварной мебели с бронзовыми элементами, которые так любили рассматривать дети, стены комнаты были увешаны картинами, на подоконниках и по углам были расставлены горшки с цветами, а в старинном резном комоде тесно стояли фигурки и посуда – семейные реликвии. Оставшись наедине Зюмрюд, как всегда подошла к комоду разглядывать «бабушкины сокровища», а Али облокопился на ручку массивного кресла и принялся играть в мотогонки на своем телефоне. Через десять минут бабушка вошла в гостиную с альбомом фотографий и картонной коробкой. Бабушка села на диван и пригласила внуков сесть рядом.  Али и Зюмрюд сели по обе стороны и заерзали от нетерпения узнать, что же такого принесла бабушка. Бабушка Айша начала свой рассказ:

- Вы знаете, что мой пра-пра-пра-пра-прадед Микяил был беком. Беки обычно владели землями, на которых работали крестьяне. Сами они ничем особым не занимались. Но мой дедушка был другим. Он интересовался историей, искусством и путешествовал. В один прекрасный день он решил посвятить себя тому, что любил больше всего, – коврам.Его друзья поначалу смеялись над ним, что не бекское это дело и зачем ему что-то еще, если он уже богат. Но он говорил, что это для души, а не денег ради. Он хотел создавать красивые ковры, которые бы грели дом зимой и согревалм душу своих хозяев. В те далекие времена всем девочкам следовало знать искусство ковроделия. Каждая семья ткала ковры для себя. Эти ковры были небольшими и рисунки создавали по памяти. Богатые семьи ткали ковры на заказ в специальных мастерских. В то время в Шуше уже были мастерские, которые производили большие и красивые ковры на продажу. Там все было как на фабрике – каждый знал свои обязанности. Очень быстро мастерская моего прадеда из нескольких ткачих выросла до пятидесяти работников, а он сам получал заказы не только от местной знати, но и от купцов, которые увозили ковры в Турцию, а оттуда в Европу. Вот, смотрите, это фография моего дедушки Мирзы, офицера Царской Армии, которую он сделал в Петербурге. Он приходится Микяил беку правнуком. А назвали его в честь деда, сына Микяила. Ему, в отличие от его отца, больше нравился запах пороха, военные походы, красивая военная форма, награды и балы в столице Российской Империи. После того, как Азербайджан вошел в состав России, он стал офицером царской армии и даже участвовал в нескольких походах. После него все мужчины в нашей семье были военными. Микяил бек был очень расстроен тем, что никто не захотел продолжать ковровое дело и очень остро переживал. Но любовь к коврам осталась в нашей крови. Когда дом моего прадеда Мирзы был разграблен бойцами Красной Армии, то они случайно устроили там пожар. Мирза бек с риском для жизни вбежал в горящий дом спасать ковер. Для грабителей ковер не представлял никакой ценности, а для него это была фамильная ценность, часть его истории, память об отце Микяиле, который к счастью не дожил до этих страшных времен. Мой прадедушка смог спасти только небольшой фрагмент, он никогда с ним не расставался. Вот он.

2+text copy

Бабушка достала из картонной коробки все, что осталось от семейного ковра. То, что увидели дети, сложно было назвать ковром. Это был небольшой фрагмент. Часть его больше походила на плотную ткань с рисунком: привычный мягкий ворс ковра во многих местах стерся и казалось, что ковер полысел так же, как лысеет человек. Первое, что бросалось в глаза – это фигуры, похожие на листья с зубцами, которые скрещиваясь друг с другом, создавали ромбовидный узор на бордовом фоне фрагмента.

- Чтобы узнать ковер, надо его обязательно потрогать. Только по очереди, он очень старый и очень хрупкий! Погладьте его, как будто вы гладите любимое животное. Посмотрите как он играет оттенками от направления света!

- Я первый! Потому что я старший! – сказал Али

- Ха, на пять минут! – ответила его близнец Зюмрюд

- Как настоящий мужчина Али уступит первенство своей сестре, так ведь? – сказала бабушка Айша

- Ладно, убедили! 

- Мне страшно, вдруг он порвется – сказала Зюма

- Он уже порванный! – ответил Али

- Посмотрите на ковер. Это всего небольшой фрагмент, а сам ковер был размером как эта комната! Представляете, какой большой и красивый он был! Посмотрите на его узор – он повторялся по всему ковру. Представляете, как эффектно это выглядело! А цвета? Они не такие яркие, как раньше, но даже в таком виде, этот фрагмент для меня намного важнее, чем любой современный ковер. У него есть душа, история!

- А почему ты тогда не повесишь его в рамочку над диваном?

- Я хочу сохранить его для ваших внуков, а старинные ковры портятся от света и влажности!

- А что такое влажность? 

- В воздухе всегда содержится вода в качестве пара. Это и есть влажность. Ее измеряют в процентах. Из-за того, что город расположен на побережье Каспийского моря, влажность вБаку очень высокая. Ковры не любят влажность и плохо ее переносят. 

- Бабушка, ты тогда немного похожа на ковер! Ведь ты тоже плохо переносишь влажность из-за твоего ревматизма!

- Ну, можно и так сказать, Алишка – улыбнулась бабушка, погладив внука по голове

- А-а-а что это за белая закорючка с цветными точечками? – спросила Зюма

- Это очень традиционный для нашего региона узор. Называется “дракон”

- Какой это дракон?! Это непонятно что! – возразил Алишка

- Это то, как наши предки видели драконов. Это стилизованное изображение

- Что такое “стилизованное” – спросила Зюма

- Это когда ты не просто изображаешь что-то, а используешь свое воображение. К тому же, более простые геометрические линии такого рисунка помогают красиво воспроизвести его на ковре.

- Бабушка, по-моему, у тебя чайник кипит!

- Ах да, точно, кипит! Я сейчас вернусь.

 

Все интересное только начинается

Бабушка вышла на кухню, и дети остались одни. Они разглядывали оставшийся у них на руках потрепанный фрагмент ковра.

- Интересно, а как его делали… – задумалась Зюмрюд

- Мы это никогда не узнаем!

- Почему ты так говоришь?! Ой! Смотри, дракон мне подмигнул!

- Как он тебе может подмигнуть?! Он же ковровый! Это от света, наверное, переливается шерсть – ответил Али

- Нет, смотри, смотри! – завизжала Зюмрюд

Вдруг произошло самое невообразимое: дракон на ковре начал шевелиться, обретать форму и понемногу вырастать. Вначале дети увидели, как небольшая лапка отделилась от ковра и помахала им. Потом из ковра вылезла мордочка и подмигнула детям. По мере того, как изображение из плоского превращалось в объемное, оно росло, и дракон уже начал достигать двух метров. Он все рос и рос, пока не уперся головой в потолок. А потолок в квартире бабушки Айши был почти 3,5 метра!

3+text copy

Дети смотрели на все это удивленными и испуганными глазами и не могли ни шевельнуться, ни заговорить! Нельзя сказать, что дракон внушал страх. Да, у него торчали когти и большие клыки, а все тело лоснилось чешуйками, но у него также были такие большие и добрые глаза необыкновенного бирюзового цвета! Тишину нарушил сам дракон:

- Какие тесные сейчас стали дворцы беков, даже выпрямиться нельзя во весь рост! Как бы не сломать чего-нибудь! – заметив, что дети смотрят на него со страхом, дракон обратился к ним – Не бойтесь меня! Я добрый водный дракон Братец Су, и я приношу удачу! Это вы внуки Микяил бека: Али-бек и Зюмрюд-ханым?

- Ну-у-у, мы не совсем что внуки, это наш пра-пра-пра-пра-пра-пра-прадедушка! Фууф! Чуть не ошибся! Мы даже не знаем, как он выглядел, потому что он жил еще до изобретения фотографии, но мы знаем, как выглядел Мирза-бек, который спас тебя от пожара, - засмущался Али

- Бедный Мирза бек, хороший был, храбрый! Жалко его, только за то, что он был белогвардейским офицером, его много обижали в Советское время, даже в Сибирь отправили два раза! И я два раза был с ним! Я, если честно, запутался во всех этих “пра” и сколько раз их надо говорить. Вы одного возраста с другим Мирзой беком, сыном моего хозяина Микяил-бека. Так что, семейные узы делают вас моими хозяевами! Я предлагаю вам незабываемое путешествие в прошлое! У вас столько вопросов и такой интерес к истории, что вы заслуживаете увидеть все своими глазами!

- А как же наше настоящее? Нас же будут искать! – забеспокоилась Зюма

- Поверьте, они ничего не заметят, вы вернетесь в тот же самый момент, и бабушка даже не заметит, что вы куда-то улетали.

- Как здорово! Я всегда хотел настоящих приключений, а парижский Диснейленд для меня до сих пор остается пределом экстрима!

- Не умничай, Алишка. Ты визжал как пятилетняя девочка на одном из аттракционов!

- Это я делал, чтоб развеселить тебя. К тому же, тогда мне было девять лет, а сейчас почти одиннадцать!

- Али бек, Зюмрюд ханум, я не могу долго оставаться в мире людей, меня никто не должен видеть, кроме вас. Сейчас вернется Айша-ханум, у нее больное сердце, еще приступ начнется при виде меня! Садитесь мне на спину и держитесь крепко: я люблю скорость!

Дети быстро вскарабкались на спину дракона, крепко-крепко обняли его за шею и зажмурили глаза.

- Не бойтесь! Это не страшно!

Через мгновение привычная и уютная гостиная бабушки начала меняться в цветах и формах, все закружилось и смешалось.

- Мы в космосе? 

- Нет, мы в коридоре Времени, и это самое красивое, что вы видели в своей жизни… Ну, второе, после ковров с рисунком дракона! 

- А он смешной, и мне совсем не страшно! А тебе? – прошептала на ухо Али Зюмрюд

- Конечно нет! Если не страшно девочке, то и мне, настоящему мужчине, не страшно!

- А мне кажется, что ты так и хочешь закричать как тогда в Диснейледне! Ай, не щипайся!

- А ты не дразнись!

- Ребята, мы уже почти добрались. Смотрите, мы в Шуше!

- Я ничего не вижу, кроме неба! – сказал Али

- Смотри вниз! 

- Дракоша, ты идешь по воздуху?!

- Да, я ведь водный дракон и у меня нет крыльев, чтоб летать! Зато я могу ходить по любой поверхности, и мне все равно, это земля, вода или воздух.

Под ногами открывался волшебный вид на город, утопающий в зелени. Все казалось игрушечным: дома, люди, деревья!

4+text copy

- Смотри, на них одежда как в музее! - заметила Зюмрюд

- Да! Мы же оказались в 1163-м году – важно заявил Братец Су

- В каком-каком году?

- В 1163-м, если исходить из мусульманского летоисчисления или 1750-м по григорианскому календарю, если вам так проще - ответил Братец Су

- А, так значит мы оказались в 18 веке! – выразил свой восторг Али

- Супер! А почему везде только дядечки? – удивилась Зюмрюд

- Потому что женщины сидят по домам и редко выходят на улицу! – ответил Братец Су

- Как хорошо, что я живу во время, когда могу выходить на улицу! Надо объяснить это женщинам!– произнесла Зюмрюд

- Борец за права женщин, лучше посмотри, как на повозке с ослом кто-то везет свернутый ковер!– перебил ее Али

- Дракоша, ты можешь пойти за ним? – спросила Зюмрюд

Они последовали за повозкой: она шла по мощеным камнем улицам, мимо красивых каменных одно- и двухэтажных домов, утопающих в широкой тени деревьев, а Дракон мягко ступал своими лапами по воздуху.

- Смотри, он идет на базар, как бы не потерять его в толпе! – предупредил Али

- Не беспокойся, Али-бек, я вижу на километры и могу разглядеть иголку в стоге сена!

Повозка остановилась около большого здания, и оттуда вышли двое мужчин.

- Что они делают? - с любопытством спросила Зюмрюд

- Это турецкие торговцы. Завтра рано утром они уедут обратно к себе, а ковер, наверное, привезли им на продажу.

- А что с ним будет потом? - продолжила Зюмрюд

- Дальше, его продадут в Европу. Кстати, открою вам секрет, этот ковер соткали на несколько лет позже ковра, из которого вышел я! Я очень горд, что мой ковер заказали в честь рождения Микяил бека в 1700 году!А теперь он находится в музее!

- Как в музее! У нас в Баку?

- Нет, мои любимые. Я никогда не был в бакинском музее, потому что у меня нет там друзей и родственников. Зато, когда ваша бабушка Айша ханум идет спать, я незаметно выхожу из коробки и путешествую по разным музеям, где живут такие же драконы как я. Вот этот ковер, например, сейчас в Европе, в Музее Исламского Искусства в Берлине и висит с другими коврами на стене, и на него смотрит очень много людей каждый день. Мои двоюродные братья рассказывают мне о посетителях музея – дракон на мгновение замолчал – Мне так печально, что все мои братья-близнецы сгорели в огне! Мы же добрые драконы воды и боимся огня! Меня бы постигла та же участь, но Мирза бек вовремя выхватил меня из огня! Я очень скучаю по своим братьям!

- Не расстраивайся! Не все потеряно! Ты ведь уцелел, бабушка Айша тебя очень любит, и мы тоже любим – ободрила дракона Зюмрюд

Оба ребенка начали гладить и обнимать дракона, чтоб приободрить его. Братец Су заулыбался: всегда приятно знать, что ты не одинок, и тебя любят.

- Я покажу вам еще кое-что. Мы пойдем в сторону, откуда шла повозка. Видите вот это роскошное здание? Это дом Микяил бека. Только мы спустимся в лесу, я уменьшусь в размерах и спрячусь в пиджаке Али-бека. Я не хочу, чтоб меня кто-то видел. – Дракон плавно опустился, спрятался в гуще деревьев, уменьшился до своих первоначальных размеров и снова сплющился.

- Ой, а мы уже и забыли, каким мальньким ты можешь быть. Давай, залезай мне за пазуху. Только старайся не двигаться! Я боюсь щекотки! 

- Буду сидеть смирно и говорить вам, куда двигаться. Выходите из рощи и идите прямо до дороги. Оттуда свернете направо и через некоторое время окажетесь у ворот дома Микяил-бека.

- А что дальше? - спросил Али

- Я все продумал. Увидите.

Продолжение следует…

dragon-1

P.S. Тем, кто нашел время и имел терпение прочесть текст до конца, у меня просьба: я буду очень признательна, если Вы заполните которкий опросник по данной ссылке. Полученная информация поможет спланировать следующие шаги в подготовке публикации сказки.

IMG_5471

Я поведу тебя в музей…

Два года назад я загорелась идеей научного фестиваля. Ради этого отправилась в Гаагу на 25-ю юбилейную конференцию ECSITE. В истории ECSITE я оказалась первым азербайджанским делегатом, в честь чего удостоилась скидки при регистрации.

Через программы популяризации науки, которые в музеях и научных центрах, в основном, нацелены на детей, я стала интересоваться музейной педагогикой в ее более широком понимании. Museum Education или Museum Learning – одно из самых динамично развивающихся направлений в мировой музейной практики. Работники музея ставят своей задачей как можно лучше раскрыть для посетителей музейные коллекции и экспонаты, а те, в свою очередь, начинают лучше понимать и ценить их значимость и работу музея. Это путь от безразличия к любви, гордости, интересу, желанию узнать больше и поддержать.

Вначале, часто путешествуя по работе (в 2013 я посчитала, что 21 день в году или более 500 часов я провожу в воздушных перелетах), я старалась тратить свои редкие часы свободного времени на культурную программу, чаще всего, поход в музей. С 2014 года я стала целенаправленно собирать информацию и встречаться с иностранными специалистами в этой области для консультаций, читать специализированную литературу и наблюдать за посетителями.

Среди множества “музейных” историй могу выделить три, которые очень сильно на меня повлияли и заставили задуматься о развитии музейной педагогики в Азербайджане.

История 1 – сентябрь 2014

Моя мечта организовать научный фестиваль привела меня в Берлин на участие в краудфандинговом мероприятии One Spark Berlin. О моем участии можно прочесть по ссылкам тут, тут, тут и тут. Кому лень читать, я ничего особенного не выиграла, но это была замечательная школа жизни, отличный опыт и новые знакомства (в том числе, мое участие на УС). Мое решение было спонтанным, по дороге из Лондона на ковровую конференцию в Вене я заехала на пару дней в Берлин. На тот момент я благополучно ушла со своей прежней работы и стала фрилансером, поэтому могла позволить себе то, что не могла с 2011 года как начала работать в сфере стратегического консалтинга – распоряжаться своим временем. Каждое утро я брала лаптоп и шла через дорогу в свой временный офис Starbucks на Belvedere Rd., где и готовилась к One Spark, общаясь с дизайнером в Баку, типографией в Берлине и друзьями со всех концов света, выступающих в роли критиков и советчиков. Чтобы как-то отвлечься от подготовки к выступлению и прочих оргвопросов, я решила пойти на выставку Making Colour в Национальной Галерее, которая была посвящена цветам в картинах от Ренессанса до Импрессионизма. Такая специфическая выставка была очень красиво сделана и полна энциклопедической информации в форме аудио и видео сопровождения на iPod-е. Без преувеличения, это была одна из лучших выставок, которую я посетила в 2014 году. Толпа посетителей в пятничный день подтверждало ее коммерческий успех.

IMG_5375 IMG_5376 IMG_5377 IMG_5398

Прохаживаясь по затемненным людным залам, я обернулась, услышав итальянскую речь. Ничего особенного, итальянцев в Лондоне можно встретить на каждом шагу, но меня привлекла тема разговора: мама разъясняла своей дочке содержание картины. Я узнала миланский акцент, “точно, выпускница Боккони, приехала в Лондон работать в банке, а с рождением ребенка перешла на более спокойную работу”, почему-то решила “примерить” на нее один из сложившихся лондонских стереотипов. Она была с двумя девочками, семи-восьми и четырех-пяти лет – одно загляденье. У старшей был альбом, который можно бесплатно получить у входа на выставку. Она перелистывала страницы, писала что-то карандашиком на полях. Мне так стало интересно, что я начала подглядывать за этой чудной девочкой. Через некоторое время к ним подошёл отец-индус, в костюме и портфелем – видно было, что он только вышел из офиса. Они перешли на английский, по акценту чувствовалось, что в Лондоне пара живет не первый год. Отец взял старшую девочку за руку, а мама – младшую на руки и каждый продолжил свою экскурсию по выставке. Они не просто ходили и смотрели на экспонаты, а читали своим детям текст, дополняли его своими объяснениями, задавали вопросы.

Я ходила за этой интернациональной семьёй, подсушивая их общение и тайно восхищаясь ими. Мне очень хотелось с ними познакомиться, но почему-то тогда я постеснялась подойти к ним, о чем до сих пор жалею. Для меня они стали примером идеальной семьи – стильные, успешные и умные родители, которые несмотря на то, что живут в сумасшедшем мегаполисе и делают карьеру, находят время на общение со своими детьми и проводят свой досуг нестандартно-увлекательно. Это событие зацепилось где-то в моем подсознании и всплыло недавно в процессе работы над одним проектом, но о нем чуть позже.

История 2 – январь 2015

Я приехала на полтора дня раньше в Вену и в ожидании своих подруг решила пройтись арт-марафоном у по Музейному Кварталу Вены. Посетив все выставки современного искусства, которые не были интересны моим подругам, желающим увидеть воочию Климта и Кокошку, я совершенно случайно забрела в детский музей Zoom Kindermuseum.

IMG_2348

В зал воркшопа по принтам взрослым заходить запрещалось, но я уговорила работников музея впустить меня. Это было так здорово: нам расказывали об истории типографии, мы печатали текст на разных машинках, участвовали в разного рода воркшопах, в том числе, создавали шелковые принты по мотивам работ поп-арт художника Уорхолла.

IMG_2269 IMG_2282 IMG_2305 IMG_2318

IMG_2310

 

Ушла я счастливая и довольная с мыслью о том, что хоть я и взрослая серьёзная тётя, но детская программа мне была страсть, как интересна! Наверное, я не одна такая!

История 3 – ноябрь 2015

Вначале, часто путешествуя я просто ходила в музеи и наблюдала, после – стала целенаправленно собирать информацию и встречаться с иностранными специалистами в этой области для консультаций, а сравнительно недавно в Музее Виктории и Альберта в Лондоне мне предложили пройти курс и непродолжительную практику под названием “Creating Innovative Learning Programmes”.

В рамках моего визита я познакомилась с волонтером Сарой Стюарт, студенткой факультета Востоковедения в SOAS. Девушка с синими как индиго волосами – одна из участниц молодежной программы Creative Voice Tour. Это ребята от 16 до 24 лет, которым дается возможность работать над различными проектами и программами музея в тандеме с профессионалами и работниками музея. Сара пишет свою дипломную по искусству Японии и как никто другой смогла рассказать о культуре этой страны.

IMG_8970

Мне очень понравился ее подход: она решила сделать 20-минутную экскурсию по японскому залу. Сара отобрала только четыре экспоната, каждый олицетворял время года и уделила по 5-10 минут каждому. Было невероятно увлекательно и я до сих пор помню, если не в деталях, то очень многое из ее тура. Весна у нее была связана с книжной иллюстрацией монастыря и видом на гору Фудзияма, лето – с роскошным шелковым кимоно, осень – деревяной резной ширмой, а зима – специальной сумочкой для кимоно, выполненной из дерева и перламутра.

IMG_8984

IMG_8981

Благодаря экскурсии Сары я теперь знаю, что у японских кимоно нет карманов, а вот такие красивые безделушки “инро” были очень популярны в период Эдо (1603-1868) и имели практическое значение: инро – это контейнер для табака, денег и всякой мелочи. Японцы прикрепляли по несколько инро на пояс кимоно.

IMG_0198 copy В последний день тренинга V&A мне протянули открытку с просьбой написать самой себе основные моменты нового опыта, которые я бы хотела применить в своей стране. Несмотря на то, что последние 7 лет я живу в Италии, написала я свои пожелания об Азербайджане. Конверт с открыткой запечатали, я указала бакинский адрес, куда и попросила отослать открытку. Сейчас я в Баку и, наконец, могу освежить свою память о том, что я себе нажелала в ноябре 2015-го. К слову, свой текст я закрыла винтажной открыткой 1980-го года “Портрет молодого человека” Мирзы Кадыма Эривани из собрания Азербайджанского Государственного Музея Искусств. 

 

Продолжение следует….